Гипанис / Издательская деятельность / "Станица" / Архив номеров / 53 декабрь 2009 / Великое предательство. Как погибали казаки.

Новости раздела

Фотоальбом "Фанагория"
28.12.2015
"Кубанский сборник" - 6
22.09.2015

"Великое предательство.
Как погибали казаки"

   Издательство "Посев" переиздало сборник генерала В.Г. Науменко "Великое Предательство". В этой книге последним атаманом Кубанского войска были собраны материалы о казаках, продолживших во время Второй мировой войны вооружённую борьбу с коммунистами от Кавказа до Балкан. Как известно, более 100 тыс. казаков, оказавшихся к концу войны в Европе, были в 1945-47 гг. насильственно выданы "союзниками" на расправу сталинскому режиму, о чём свидетельствуют многочисленные документы, воспоминания очевидцев и участников трагедии.
   Во 2-й части книги - "Как погибали казаки", написанной П.Н. Стреляновым (Калабуховым) по документам из архива Кубанского атамана, - ряд статей был расширен или опубликован впервые. Одна из них предлагается ниже вниманию читателей "Станицы".

    Заказы на книгу:  127051, Москва, ул. Петровка, 26/2-96.  E-mail: posevru@online.ru.

Начало борьбы казаков с красными

Отряд войскового старшины Николая Григорьевича Назаренко одним из первых начал борьбу с большевиками во Второй мировой войне на казачьих землях.

Казак станицы Старочеркасской Области Войска Донского, он родился в 1911 году. Его отец в чине есаула погиб в 1919-м в гражданской войне на юге России, как и почти все мужчины их рода. Спасаясь от красного террора, мать с маленьким Николаем бежали с Дона - сначала к Черноморскому побережью, где остатки казачьих частей подверглись "ужасам невероятной по своей кровавости расправы красных орд" (здесь и далее - цитаты из воспоминаний и писем Н.Г. Назаренко), а затем в Крым. Эвакуироваться оттуда не удалось, и тогда они двинулись в Одессу, надеясь попасть на какой-либо из пароходов.

В Одессе вместе с такими же беженцами от большевиков им пришлось скрываться в каменоломнях "среди трупов бессчётного числа тысяч людей, куда они грузовиками сваливались после массовых расстрелов органами Чека".

В конце 1920 года они, наконец, смогли выскользнуть из Одессы: добрались до Днестра и, перейдя его по льду, попали в Бессарабию. По румынским законам, выходцы из этой страны и присоединённых провинций (Бессарабия, Буковина и др.) или имевшие в них родственников (Назаренко - казаки бывшего Дунайского Войска, прадед Николая жил в станице Акмангитской в Бессарабии до 1929 года) автоматически становились подданными Румынии. Благодаря этому мать с сыном были допущены на жительство в Акмангитской станице.

Николая приняли в Кишенёвский военный лицей, затем он поступил в военное кавалерийское училище в Тырговище и, окончив его, вышел лейтенантом в 1-й гусарский полк Румынской армии. Отбыв в полку положенный полугодовой ценз, в 1931 году он был переведён в отдел военной контрразведки 3-го армейского корпуса, "занятого жестокой борьбой с кишевшей в Румынии советской диверсионно-шпионской агентурой" и болгарскими "коми-таджиями" в Добрудже от Дуная до болгарской границы. До начала 1933 года Назаренко дважды награждали за храбрость и произвели в чин старшего лейтенанта.

В мае 1933-го, получив боевое задание румынской военной разведки, он двинулся вплавь через Днестр в СССР. Уже у самого советского берега пришлось вступить в перестрелку с пограничниками. Раненого в область сердца, его захватили в плен - однако документы были унесены течением, что лишило чекистов прямых улик против него.

В Тирасполе его посадили в подземную клетку, и до конца 1934 года Назаренко прошёл в НКВД весь "конвейер смерти". Он не "раскололся" и, видимо, это обстоятельство спасло его. Постановлением Особого Совещания от 6 декабря 1934 г. Назаренко приговорили к расстрелу - но, "принимая во внимание отсутствие других вещественных улик", заменили расстрел максимальным сроком в 10 лет в Ухто-Печорских ИТЛ НКВД.
   Далее последовали этапы и лагеря, побеги из них - пока к 1941-му Назаренко не оказался на Кавказе, в горско-казачьем отряде, действовавшем против местных советских органов.

С началом войны положение партизанских отрядов здесь сильно осложнилось: на Кавказ прибыли "значительные части войск Дальневосточной армии... и теперь они приняли участие в преследовании и блокировании партизанской деятельности".

Для Назаренко оставалось два выхода из этого положения: первый - "перебраться в Турцию, а оттуда, при содействии дипломатического представительства Румынии, благо я являлся офицером армии последней - на Восточный фронт", и второй - "перебраться в причерноморские районы Донского Войска и действовать там до подхода германских войск, с тем, чтобы присоединиться к ним". Выбрав последний вариант, он разделил свой отряд из 82-х бойцов на группы по несколько человек, снабжённые соответствующими документами ("бланки и печати которых мы в свое время захватывали при налётах на местные органы милиции, аул-советы, военкоматы и т.п.").

В конце сентября 1941 года отряд собрался в условном месте за Ростовом и начал действовать на коммуникациях отходивших на восток частей Красной армии. Численность его скоро составила более 400 бойцов, благодаря вступившим в него "штрафникам" из отбитых у конвоиров партий заключённых.

Перед рассветом 16 октября отряд, переодевшись в красноармейскую форму, подошёл под видом подкрепления к обороне восточного предмостного укрепления Лакадемоновской переправы на Миусе, захватил его и, используя все боевые средства этого участка - "станковые пулеметы, минометы и лёгкие пушки, укрытые в бетонных сооружениях с изрядным запасом амуниции, стал сдерживать бешенный натиск стремившихся драпнуть через эту переправу на восток частей 9-й красной армии. Круто пришлось там, когда со стороны Таганрога нам ударил в тыл красный батальон с несколькими танкетками и броневиками".

Но - "Бог не без милости, а казак не без доли". Подоспевшие немецкая танковая рота и механизированные стрелки армейской группы генерала Виттерсгейма, прорвавшейся севернее через Новониколаевскую переправу, спасли отряд от гибели.

После переговоров с немецким командованием, едва не закончившихся для русских большими неприятностями, отряд Назаренко вошёл в состав этой армейской группы как казачий "ауфклерунгсабтайглунг" (разведывательный отряд) - став первым из начавших после этого создаваться на восточном фронте многочисленных казачьих отрядов.

Дивизион "Дон" 1-го Донского полка.
В центре - командир дивизиона ротмистр Хаусдорф,
слева командиры эскадронов ротмистры Котиков и
Назаренко (в фуражке,за комдивизиона),
далее лейтенанты Миллер, Назаров и взводные офицеры.

Приняв участие во взятии Таганрога и Ростова, отряд отошёл вместе с немцами 29 октября 1941 г. на позиции у Санбека, где и провёл всю зиму и весну 1942-го, совершая десантные операции за линией фронта, в районах 9-й, 5б-й и 58-й Отдельной красных армий.

23 июля 1942 г. отряд участвовал во втором взятии Ростова, после чего его включили в состав 1-й танковой армии генерал-полковника Клейста, двинувшейся к Грозному. Ввиду ранения Назаренко (в бою под селом Дивное на Маныче), отряд задержали там на 11 дней, а затем двинули на восток к Каспийскому морю в состав 16-й немецкой моторизованной дивизии - против укрепрайона красных. Дивизия непрерывным передвижением своих войск занимала фронт в 150 километров, опираясь на содействие местных казачьих - ставропольских, донских и кубанских, калмыцких и горских отрядов.

Действовавший на правом, южном фланге немецкой дивизии конный отряд Назаренко не раз сталкивался с частями 5-го Донского казачьего кавалерийского корпуса красных (затем 2-й гвардейский кавкорпус). Первая дивизия этого "казачьего корпуса" была сформирована в Ростове 15 июля обкомом партии и состояла в своём большинстве из иногородних. 

Командир сотни 1-го Донского полка ротмистр Н. Назаренко

"Лупили мы этих "казаков", как чертей, и в Ростове и за Доном, в наступлении к Грозному, в Сальских степях и Ставропольщине. На последней доставали мы своей казачьей дланью также и тех таких же "казаков", которым удалось туда выскочить после "бани" под станицей Кущевской, заданной там их такому же 17-му "Кубанскому казачьему" кавкорпусу генерала Кириченко, переименованному в награду за своё поражение в 4-й гвардейский "Кубанский Казачий" корпус.
    В боях с частями этих "казачьих" корпусов, так же как и в рейдах в районы их расположения, мы набирали уймы пленных, а потому могли воочию убедиться в том, что они только по форме одежды были "казачьими" и в массе состояли из пришлых на казачьи земли, получивших от Москвы в собственность пепелища истреблённых, раскулаченных или сосланных на погибель наших родных братьев.
    Коренных казаков в этих корпусах - "Донском" генерала Селиванова и "Кубанском" генерала Кириченко - было лишь "кот наплакал", и они при каждой возможности перебегали в наши казачьи отряды. При этом, конечно, бывали и неудачи, за которые они платились жизнями, будучи расстреливаемыми в показательном порядке перед строем для соответствующего устрашения всего его состава. Об одном из таких случаев и свидетельствует сквозь зубы в своей книге "Кавказские записки" майор НКВД В. Закруткин, всемерно старающийся выдать в ней за казаков вышеупомянутый пришлый элемент".

14 октября 1942 г. казаки, по прошествии более чем 20-ти лет, отмечали свой Войсковой праздник. Сотник Назаренко получил краткий отпуск и по приглашению Походного Атамана полковника Павлова приехал на праздник в родную Старочеркасскую, побывав и в станице Новочеркасской, где познакомился со всеми чинами штаба Походного Атамана.

На рассвете 15 октября Назаренко с несколькими казаками вылетел с полевого аэродрома Новочеркасска в Сталинград, куда уже перебросили его отряд, принявший участие в завершающих боях немцев по овладению последними опорными узлами Сталинградского тракторного завода и выходу к Волге.

Тяжело пришлось отряду против частей 62-й и 66-й красных армий в районе Рынок и Орловки. А 18 ноября казаков бросили в стык левого фланга 6-й немецкой и правого фланга 3-й румынской армий (384-я германская пехотная дивизия и 1-я румынская кавале-рийская дивизия) у хутора Мело-Клетский с разведывательным заданием за Доном - воздушную разведку парализовали густые туманы. Выполнить задачу не удалось. На рассвете 19 ноября огневой вал "катюш" и всей сконцентрированной на плацдарме артиллерии красных смёл правый фланг 3-й румынской армии, после чего на него хлынули войска 21-й полевой и 5-й танковых армий с приданными им многочисленными кавалерийскими и иными частями.

В то же время за линией участка фронта, по всей полосе от Сталинграда до Воронежа, все станицы и хутора были набиты десятками тысяч казачьих беженцев с верхней части Донского Войска. Многие жили прямо в поле, в палатках и наскоро сколоченных хибарах, в надежде, что с весенним наступлением немцев они смогут вернуться в свои дома. Никто не мог и предположить, что последует дальше...

Николай Назаренко - войсковой старшина

"Покрытые адским огнём артиллерии красных глубиной до 18 километров, уцелевшие от него, тысячными толпами кинулись на юг и юго-запад, в тщетной надежде спастись от своих "освободителей". Вот тут-то, 19 ноября 1942 года танковые, кавалерийские и иные соединения этих "освободителей", настигая, впервые стали вопить: "дави немецких колхозников!", кромсая их тела в кровавое месиво гусеницами танков, мехтранспортёров, самоходных пушек, шинами "катюшных" грузовиков и конскими копытами, не жалея при этом ни пуль, ни огнемётного огня, ни сабельных ударов и прикладов по тщетно пытавшимся увернуться от этого казакам, казачкам, их детям и старикам.
   Этот клич - "дави немецких колхозников"- с такой "освободительной" расправой был подхвачен на другой день и теми их армиями, которые тогда прорвались и на левом фланге 4-й румынской армии на юге Ста-линграда, затем соединились с первыми 22 ноября у Калача, а после двинулись на запад. Его слышали и испытывали на себе казаки, калмыки, ставропольцы и северо-кавказцы, уходя кто как - тысячными группами, толпами и караванами - с родных земель по южной Украине, в Румынии, Болгарии и Венгрии до конца войны..."

12 декабря с большими потерями отряд Назаренко вырвался из Сталинграда и с 19 декабря 1942 г. уже входил в состав боевой группы полковника фон Паннвица.

Н.Г. Назаренко после войны (США)

В конце февраля 1943 года отряд сняли с Донского фронта. Как и другие казачьи отряды, на основании приказа генерал-полковника Клейста о формировании казачьих полков, он двинулся на Украину, в пути был развёрнут в 1-й Донской полк и в первых числах марта прибыл к месту назначения - в село Музыковку под Херсоном. Там он стал ядром создания полков 1-й Казачьей кавалерийской дивизии генерала фон Паннвица.

П.С.(К.)

Партнеры: